«Кладбище под кроватью»

Для чтения книги купите её на ЛитРес

Реклама. ООО ЛИТРЕС, ИНН 7719571260, erid: 2VfnxyNkZrY

Смех полез наружу толстой масляной пастой, будто Ким и сам превратился в какое-то местное чудовище. Едва не опрокинув столик, он поднялся. Его порядком развезло. Посмеиваясь, выбрел в вестибюль. Глаза слипались от выпитого.

Фюрстенберг, выглядывавшая из-за стойки администратора половинкой плотоядной стрекозы, что-то писала своим скрипучим карандашом. Сотворив на лице недовольный прищур, Ким поплыл в ее сторону. Замер, качнув пузом. А потом с грохотом шарахнул ладонью по стойке.

– Вы хоть понимаете, что под этот чертов скрип совершенно невозможно уснуть?! – проревел он грубым, мясистым голосом.

Администратор перевела на него широко раскрытые глаза. Стрекоза-модница выглядела смущенной. Карандаш быстро перешел в горизонтальное положение.

– Прошу прощения, господин Отцевич. Я не подумала, что это может побеспокоить вас.

– Вы должны заботиться о своих постояльцах, чёрт возьми! Об их покое! Сне! А я, чтоб вам пусто было, – ваш постоялец! – проорал он, капая слюной.

Фюрстенберг опустила голову, точно готическая школьница, позабывшая выучить урок.

– Это недоразумение больше не повторится, господин Отцевич.

– Постоялец! Я! – провозгласил Ким, не слушая извинения грымзы, и зашагал вверх по ступеням.

Второй этаж западного крыла преподнес детективу сюрприз. Двери всех номеров, кроме, разумеется, двадцать седьмого, были настежь распахнуты. Настоящий парад отворенных дверей, за которыми прятались они – ледяные обитатели «Синих холмов».

Ким сделал первые шаги в направлении своего номера.

– Я спать, так что катитесь все к чёрту, – прошептал он.

Детектив хохотнул и поставил ладони у лица – наподобие лошадиных шор. Ему совершенно не хотелось встречаться глазами с этими молчунами, предпочитавшими могильную тишину. По нему шарили чужие взгляды, опалявшие холодом. Ковролин всасывал звуки шагов.

Толкнув дверь своего номера, Ким ввалился внутрь и услышал, как одновременно захлопнулись двери по всему коридору. Огромный треск в чудовищной, ватной тиши. Хотелось орать от ужаса и безысходности. А еще хотелось спать.