«Корпоративное бессознательное»

Он поднялся и начал снимать отсыревшую броню. В теле появилась неожиданная лёгкость, как если бы он хорошо выспался. Он сложил броню у стены и пошёл прочь от медицинского корпуса.

Что-то не пускало, мешало уйти. Кеорт оглянулся. Там, позади, что-то лежало; в серой пелене оно походило на истощённого человека, скорчившегося у стены.

Это просто части брони. Бронежилет, наручи, наголенники – всё беспорядочно свалено и по чистой случайности напоминает человеческое тело. Вон то, которое выглядит как лицо – это респиратор.

«Это всё из-за дыма. Оно только похоже на человека. Только похоже».

Кеорт отвернулся и направился туда, где некоторое время назад слышал отъезжающую машину.

Бензовоз загорелся ещё ночью и взлетел на воздух. Стоящие рядом машины выгорели, остались только чёрные кузова на дисках, облепленных остатками резины. К счастью, люди ментора распределили транспорт по территории, чтобы освещать Центр в темноте, и, немного побродив, Кеорт нашёл три уцелевших внедорожника и выбрал самый легкобронированный и самый проходимый.

Он забрал всё, что не сожрал огонь – еду, воду, противогаз, плотный комбинезон. Получилось совсем немного, но ему всё равно придётся нести всё на себе – бензина всего ничего, его вряд хватит даже на треть пути. Кеорт слил всё, что было в бензобаках двух других машин, но этого всё равно будет мало.

Всё, что нашел, он сложил прямо в салон внедорожника. На сиденьях было полно пепла, крупные хлопья поднимались в воздух от каждого движения. Когда он завёл двигатель и включил дворники, мягкие серые сугробы на лобовом стекле начали разваливаться, неслышно осыпаясь с машины.

Кеорт смотрел вперёд, провожая глазами падающий пепел. Сейчас он снова покинет это место, но в этот раз всё будет иначе. В этот раз у него получилось. Он увидел всё так, как оно есть. Болезненная пелена в его мыслях превратится в густой дым внутри хранилища данных и останется там, а он освободится и уйдёт. Кеорт понял, что улыбается, глядя на дорогу впереди.

Дворники очистили стекло. Кеорт включил передачу, нажал на газ, и машина пошла плавно и легко, унося его прочь от пепелища, вверх по дороге со дна чаши.

Светлеющее небо над равниной было огромным. Кеорт вёл машину прямо, дороги здесь не было. В зеркале заднего вида следы шин казались ничтожными на этой равнине под колоссальным небом.